Пока израильские стартапы Loops и ORION привлекают до 500 млн долларов от гигантов Salesforce и CrowdStrike, авиакомпания «Исраэр» внедряет стандарт ARD, а ИИ-агенты начинают автоматически переводить триллионные депозиты, лишая банки пассивной прибыли.
Крупные сделки фондов Fortissimo, CVC и Mannor Evergreen на сумму свыше 1,2 млрд долларов демонстрируют смещение фокуса инвесторов в сторону зрелого бизнеса, ОПК и прикладных ИИ-решений.
Израильский разработчик систем управления дронами High Lander привлек 30 миллионов долларов при участии оборонного концерна EDGE Group из ОАЭ.
Корпорация Amazon ведет переговоры о покупке израильского ИИ-стартапа Decart за 7 миллиардов долларов на фоне высокой конкуренции за технологии.
Минфин и Минобороны утвердили Adir Capital и SLING Capital для запуска специализированных венчурных фондов под госгарантии, направленных на укрепление технологического суверенитета Израиля.
Привлечение 60 млн шекелей и оценка в 310 млн шекелей позволяют сервису доставки, созданному в Умм-эль-Фахме, начать масштабную экспансию в Гуш-Дан и регион Шарон.
Привлечение 300 млн долларов позволило облачному единорогу Upwind приобрести стартап Aegis для создания лаборатории безопасности ИИ-агентов, увеличив оценку компании до 3,8 млрд долларов.
Новый израильский стартап SWAPTIX запустил цифровую платформу для мгновенной оценки и обмена ненужных билетов на внутренние кредиты, защищая потребителей от спекулянтов.
Минфин рассматривает внедрение американской модели налоговых льгот QSBS, чтобы остановить регистрацию израильских стартапов за рубежом и поддержать инвесторов.
Независимый израильский разработчик масштабировал бесплатное приложение для учета расходов до 30 тысяч пользователей, полностью переложив написание кода и поддержку на ИИ-агентов.
Под руководством Йонатана Алона израильский сервис Pango превратился в многофункциональное суперприложение с подписочной моделью, оцениваемое сегодня в 1,5 миллиарда шекелей.
Пока израильские стартапы Silk и HoneyBook сокращают штат разработчиков ради внедрения ИИ, мировые рынки требуют от сектора реальной прибыли, а банки США блокируют автономных финансовых агентов.